Разговор с Сергеем Сивоплясом: о создании «ГикКона», Генри Кавилле и синдроме кулика на болоте

С 2019 года в Екатеринбурге каждое лето проходит фестиваль «ГикКон» — большое событие для всех фанатов комиксов, супергероики, косплея, фильмов, игр. В России (Москва, ты не в счет) «ГикКон» не имеет себе равных по масштабу и охваченным видам развлечений — здесь по-настоящему можно найти все, что угодно.

Фестиваль каждый год растет и увеличивает охваты. В прошлом году фестиваль посетило почти 70 тысяч человек. Редакторы ПИЧ поговорили с Сергеем Сивоплясом — создателем, организатором и крестным отцом всего «ГикКона» — и сделали из этого разговора большое и очень личное интервью: о создании фестиваля, точках интереса — и о том, что по-настоящему трогает.

Расскажи, пожалуйста, подробнее о «ГикКоне»: кто его придумал, сколько лет он существует?

Первый фестиваль прошел летом 2019 года, а придумывать «ГикКона» мы начали осенью 2018-го. Это моя любимая история. Я ел холодную лапшу на первом этаже у нашего офиса и думал: чем я вообще занимаюсь? Хотелось делать что-то великое. Тогда я подумал, что хочу сделать что-то наподобие «Комик Кона». Я никогда на нем не был, но с детства люблю игры, комиксы, слежу за индустрией развлечений. Захотелось приземлить что-то подобное на Урале. Понятно, что до нас существовали другие тематические фестивали, но они не собирали все в одном месте. Ярмарки развлечений в широком смысле не существовало.

Мы обсудили это с командой. Никто из нас не понимал, как делать настолько масштабное немузыкальное мероприятие — потому что делать музыкальные мы умели и умеем. Это было хождение по минному полю. Между собой мы ругались, обсуждали, что должно быть в программе. Поскольку я вызвался быть руководителем, то ощущал невероятное давление. Я понимал, что мне нужно раздавать задания людям и требовать с них, а как я могу ими руководить? Мы в одной иерархии, мы одного возраста. Есть начальник, а есть мы все.

Самое сложное было собрать все идеи в одном месте, в кучу. Потом понять, где найти на все это деньги. Затем — как распределить обязанности, чтобы все были эффективны. И, само собой, сверстать программу: всегда можно вбить в гугле «российские комиксы» и сидеть писать письма, но это плохо работает. Мы пошли по знакомым: подскажи контакт того, дай вот этого, а мы хотим вот того привезти; а расскажите, как собрать косплей-шоу, а как ярмарку. Все люди, которых мы находили, — каждый из них что-то привнес. Мы собирали все это вместе, и у меня укрепилось понимание, что есть много людей, которые по отдельности умеют собирать гиковские штуки. А в одном месте и в масштабе — нет.

Как прошел первый фестиваль?

Мы кучу раз налажали. Не так поставили сцену, не так застроились. Начали почему-то фестиваль в 12, хотя «Радуга Парк», наша площадка в прошлые годы, открывалась в 10. Абсолютно профукали весь пиар, всю наружку, все перформансы. Не поняли, где искать блогеров и аудиторию, которая придет на фестиваль. При всем этом мы собрали 13 тысяч человек, и стало понятно: есть спрос на современные развлечения и людям нужен такой праздник. Потом был ковид, страшный, ужасный год. Потом был 2021-й постковидный год. Фестиваль как-то продолжал жить. Команда у нас менялась, обновлялась, но костяк оставался.

Нам захотелось делать больше образовательных треков, поддерживать авторов комиксов, подкастов, игр, давать им гранты и другую поддержку. На других развлекательных фестивалях так почти никогда не делают. У нас есть баланс между изобилием развлечений в одном месте, и одновременным чувством дефицита. Есть приятные мелочи, которые позволяют тебе почувствовать себя частью фестиваля: например, бесплатные автограф-сессии, что тоже редкость для других фестивалей Обычно это коммерческая история.

Самое главное, что фестиваль остается бесплатным. Это и большой плюс «ГикКона», и огромный минус. Мы до сих пор живем с тем, что и Москва, и большие бренды считают нас региональным фестивалем. Это просто другие бюджеты. С другой стороны, мы остаемся бесплатными и можем позволить себе аудиторию в 67 тысяч человек. А целевая аудитория растет каждый год. Она тратит деньги, покупает «ГИКпассы» и всячески нас поддерживает.

Сейчас, когда фестиваль уже стал успешным, когда мы собрали в парке Маяковского 67 тысяч человек, у нас естьфедеральные партнеры, к нам приезжают топовые актеры и деятели индустрии, самым сложным остается то, что фестиваль живет у меня в голове. Страшно и проблемно, что я до сих пор плохо делегирую. Мне помогают коллеги, мне помогают мои друзья из брендов, компаний, с которыми мы уже долгое время работаем в сопродюсерстве. Но если меня завтра бахнет инсульт или инфаркт, «ГикКон», конечно, останется жить, но непонятно как — потому что вряд ли его кто-то увидит и соберет так, как собирал я. Это и проблема, и отчасти моя эгоистичная радость.

Непонятно, до какой цифры можно дорасти, до какого объема. В целом — мы живем, радуем людей, и наш полномерный рост каждый год говорит о том, что мы делаем хорошее дело.

Фото — Алексей Патентный / соцсети «ГикКона»

Сколько человек работает над фестивалем? Сколько было в самом начале и сколько сейчас?

Это измеряется нашей общей командой, которая делает и «Ночь Музыки», и «Красную строку», и «Дикоросы», и другие фестивали. Начиналось все с 6 или 7 человек. Офис в Доме офицеров, Евгений Львович Горенбург, Наташа Шмелькова, я и коллеги, которые уже с нами не работают. Команда начала расти, и сейчас нас порядка 20 человек. Это без тех ребят, коллег, партнеров, волонтеров, кого мы на подряде привлекаем на фестиваль.

В активную фазу подготовки к «ГикКону» сейчас вовлечено около 7–9 человек, остальные так или иначе получают зону ответственности. Мы распределяем силы, чтобы не сойти с ума. Все вовлечены в «Ночь Музыки», допустим, а я — меньше, я отвечаю за несколько направлений, за спецпроекты. На «Красной строке» я подключаюсь к комиксной, молодежной программе, хожу по фестивалю, собираю свою добрую безумную аудиторию. На «ГикКоне», наоборот, я умираю, а другие коллеги разбирают на себя остальные некоторые зоны ответственности. Вот так мы друг другу горячую картошку перекидываем.

Я думаю, что среди наших читателей могут быть люди, которые никогда не были на «ГикКоне». Расскажи, что это за фестиваль?

Это фестиваль для тех, кто хочет найти для себя новые увлечения и развлечения. Или у человека было что-то подобное, но он вырос и забыл про это: да я и в игры не играю, и сериалы толком не смотрю, и комиксы — для детей.

Вот это главное, что я хочу искоренить. Потому что это не для детей, потому что это тоже искусство. Это разные формы искусства. Есть комиксы, которые гораздо интереснее некоторых фильмов, сериалов, игр. Есть игры, которые по своей драматургии гораздо круче многих книг. Есть игры, которые меня до слез доводят.

Я люблю фильмы, сериалы, подкасты, мне очень нравится косплей. Я понимаю, что все наши направления — они как раз для того, чтобы люди могли себе найти то, что им нравится. Люди могут прийти на «ГикКон» не для того, чтобы все-все посетить, а сказать: слушайте, я люблю косплей, я полдня потусуюсь на главной сцене, потом съем сосиску в тесте и поеду домой спать. Кайф, тоже наш человек! Кто-то стоит в очередях за комиксами, книжками, обложками и говорит: мне вот эти ваши звезды не уперлись, я хочу скупить себе кучу мерча, посмотреть на людей и пойти домой. Кто-то охотится за автографами, фотографиями, говорит: я отстою любую очередь, чтобы пообниматься с любимым актером, подарить ему подарок, все остальное мне не нужно.

Это все про то, что человек, думая, что он не аудитория «ГикКона» — все равно аудитория «ГикКона».

Что больше всего трогает тебя на фестивале?

Трогательная история, которая меня просто уничтожает — это про то, как люди находят друзей на фестивале. Куча кейсов, когда ко мне в течение года может подойти человек и сказать: «Здрасьте, Сергей, спасибо за “ГикКон”». Я отвечаю: «Блин, тебе спасибо». Дальше человек говорит: «Вот видите, у меня за спиной сидит девочка». «Это, наверное, сестра твоя?». «Нет, я вот на “ГикКоне” познакомилась с ней, это мой первый друг в жизни, и мы полгода уже дружим». У меня слезы начинают по щекам бежать. Или кто-то на фестивале ко мне подходит, обнимает, дарит какой-то подарок, неважно, что это. И говорит: «Сергей, у меня был сложный период в жизни, но фестиваль и общение с ребятами, которые в чате, спасли меня, если не от депрессии, то от очень глубоких переживаний». В такие моменты думаю: не возлагай на меня такую ответственность, это тяжело.

Когда я слышу такие истории, я понимаю, что мы еще и про точку кристаллизации, про точку поиска общения. Из-за того, что все в гаджетах, из-за того, что мы пережили ковид, и в целом мы замкнутые, сложные, тяжелые, «ГикКон» — это возможность найти себе тусовку. Раньше мы во дворе гуляли, пиво пили, чипсы ели и веселились. А нынешней молодежи сложнее. Но эти ребята могут хотя бы раз в году перебороть себя, прийти на фестиваль. Надеть маску, если им страшно и не хочется быть собой. Прийти со своими увлечениями, со стопкой книжек, фигурок, с любимым бабл-ти и сказать: я вот такой. И ему скажут: круто, что ты такой, давай быть вместе.

Мы запустили премиальную систему «ГИКпасс» — когда фестиваль бесплатный, но ты, купив его, можешь получить кучу разного контента, обязательную автограф-сессию, мерч и закрытый чат. В этом чате я общаюсь с ребятами, иногда мои коллеги тоже. Мы вбрасываем какие-то инсайды, люди общаются между собой. У них появляется тусовка. Они ходят пить газировку, смотреть фильмы, играть в настолки. Я думаю: как же это круто. Однажды я заезжал на новогоднюю тусовку: там были люди от 18 до 35 лет, которых в жизни вряд ли бы что-либо объединило, а тут у них есть общее впечатление, интересы. И вот они общаются живьем.

Они еще берут и подарки мне на день рождения дарят. Я не кокетничаю, но капец, зачем вы мне что-то дарите? Вы же и так купили «ГИКпасс» на фестиваль, вы уже вложились. А они говорят: нет, нам важно подарить вам эмоцию. Я сижу, стесняюсь и не понимаю почему я заслужил такого отношения.

Если, например, представить, что у тебя есть фантастически большой бюджет, кого бы ты хотел привезти на фестиваль?

Ну, если бюджет мечты, я бы хотел замахнуться на Голливуд. Есть Генри Кавилл, которого я обожаю. Фанат «Вархаммера», фанат супергероики и «Ведьмака».

Генри, любые деньги, приезжай, мы классно потусуемся! Сходим в баньку с тобой. Попьем квас. Поиграем с тобой во что-нибудь. Я тебя на неделю повезу, Генри, надеюсь, ты это услышал!

Я вижу этот заголовок в ПИЧе: «Генри, я привезу тебя на неделю». Это прекрасно.

Екатеринбург бы просто схлопнулся.
До того, как мы немножко стали отрезаны от остального мира, у Тома Харди был понятный гонорар в полмиллиона евро. Это огромные, фантастические деньги для меня и для «ГикКона», но я понимаю, что есть размах. Я бы взял миллион евро, условно, с перелетами, проживанием, охраной, питанием, и привез бы Тома Харди в Екатеринбург. Вот в Якутии он был, парился в бане. Наш бэкграунд у него уже есть!

Представляю: у него автограф-сессия на 500 человек, потом по Екатеринбургу бы покатались, в Ельцин Центр зашли. Кружочки в моей телеге: вот мы с Томом тут веселимся. После этого и фестиваль можно закрывать.

Есть более приземленная история, но тоже за большие деньги. Это какие-то олдскульные актеры, которые играли в фильмах, сериалах. Это большие деньги. Но все может быть. Да кого угодно из голливудских звезд. Просто дайте мне бюджет, и я соберу такую программу, что мы с вами повеселимся.

До сих пор не верится, что Йен Маккеллен был в Екатеринбурге.

Да, я до сих пор думаю, что это было в другой жизни.

А если говорить про реальный бюджет?

Мы каждый год подаемся на гранты, тем самым в большей степени закрываем образовательный трек. В этом году грант мы не выиграли. Поэтому все деньги, которые мы найдем, — на них и будем жить.

Мы уже объявили, что у нас будет Тихон Жизневский — это уже точно наш большой успех, потому что Тихон — это майор Гром, это Трубадур из «Бременских музыкантов», вообще известный актер, в том числе театральный.

Мы в переговорах с несколькими хедлайнерами. Хотим Utopia Show привезти. Там все сложно, опять же, упирается в деньги, потому что все равно это дорого. А запрос у аудитории есть. Нам в комментах пишут: привезите Топу, это будет круто. Я сам очень люблю Артема Cut The Crap. Это чувак, который обозревает фильмы, сериалы, игры. Мы с ним познакомились на «Комик Коне», когда я был ведущим трансляции. Общаюсь с его менеджментом. Очень-очень хочется. Еще мы все пытаемся затащить Кьюбайта, который тоже супергероику обозревает.

Есть идеи по кино, но ничего не могу говорить, потому что они, опять же, партнерские. Если получится, может быть, будет какая-то большая звезда, категории А+. Очень большая звезда.

Хотел бы ты делать похожий проект в другом городе?

Не хотел бы.

Делать свой «ГикКон» в Москве — нет. Это будет очередной гик-фестиваль в Москве. В Питере есть не так много фестивалей типа Epic Con и прочей истории, они больше тематические, косплейные. Мы такие за пределами МКАДа одни. Да, есть другие фестивали, в Калининграде, в Краснодаре, в Архангельске. Они все классные, но про другое. Мы одни бесплатные во всей стране такого масштаба и уровня.

Тут синдром кулика: быть царем на болоте, а не «одним из» в Москве. Но если люди едут к нам из Москвы, Питера, Новосиба, Омска, Уфы, значит, на это играет куча факторов: что мы для них путешествие, что мы — приключение. Ты приехал на бесплатный фест, накупил всякой всячины и увез с собой. Ты поехал с друзьями, потому что погнать куда-то вместе — прикольно. Ты устроил себе разгрузку, а мы тебя еще и повеселили, еще и промокод на гостиницу подсказали, а еще это, и это, и это.

Хочется оставаться точкой притяжения. Я всем сердцем люблю Екатеринбург и никуда отсюда переезжать не хочу. Тут классно: идеальное расстояние, идеальное коммьюнити, возможности, есть статус, узнаваемость. Хочется, чтобы «ГикКон» рос, и на условном десятом фестивале мы поняли, что фестиваль собирает 150 тысяч человек — мы заполняем весь парк Маяковского, парк счастлив, мы счастливы, партнеры счастливы. Люди ждут этого, как летний Новый год. Там уже, может, время пройдет, и Генри Кавилла привезем. Так и будет.

Интервью — Елена Родионова.
Редактор — Владимир Печетов.